UNDER CONSTRUCTION
since Tue Jan 10 08:54:38 2006
|
||||||||||||||||||||||||
ОТ РЕКОНСТРУКТОРА
|
||||||||||||||||||||||||
ОТ РЕКОНСТРУКТОРА
СЪЕЗДА НАРОДНЫХ ДЕПУТАТОВ РОСИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
И ВЕРХОВНОГО СОВЕТА РОСИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
| № 39-40 | 5 октября 1993 г. | Год издания 4-й |
С О Д Е Р Ж А Н И Е
_____
РАЗДЕЛ ПЕРВЫЙ
ЗАКОНЫ И ПОСТАНОВЛЕНИЯ, ПРИНЯТЫЕ ВЕРХОВНЫМ СОВЕТОМ
РОСИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
(седьмая сессия Верховного Совета Российской Федерации)
___________
___________
| РЕДАКЦИОННАЯ КОЛЛЕГИЯ |
Издание Верховного Совета Росийской Федерации |
РАЗДЕЛ ПЕРВЫЙ
ЗАКОНЫ И ПОСТАНОВЛЕНИЯ,
ПРИНЯТЫЕ ВЕРХОВНЫМ СОВЕТОМ
РОСИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Председатель Верховного Совета Российской Федерации Р. И. ХАСБУЛАТОВ
Председатель Верховного Совета Российской Федерации Р. И. ХАСБУЛАТОВ
Председатель Верховного Совета Российской Федерации Р. И. ХАСБУЛАТОВ
Председатель Верховного Совета Российской Федерации Р. И. ХАСБУЛАТОВ
Председатель Верховного Совета Российской Федерации Р. И. ХАСБУЛАТОВ
Председатель Верховного Совета Российской Федерации Р. И. ХАСБУЛАТОВ
Председатель Верховного Совета Российской Федерации Р. И. ХАСБУЛАТОВ
Председатель Верховного Совета Российской Федерации Р. И. ХАСБУЛАТОВ
Председатель Верховного Совета Российской Федерации Р. И. ХАСБУЛАТОВ
Исполняющий полномочия Президента Российской Федерации А. В. РУЦКОЙ
Председатель Верховного Совета Российской Федерации Р. И. ХАСБУЛАТОВ
Председатель Верховного Совета Российской Федерации Р. И. ХАСБУЛАТОВ
***
___________
ЗАКОНЫ И ПОСТАНОВЛЕНИЯ,
ПРИНЯТЫЕ ДЕСЯТЫМ ЧРЕЗВЫЧАЙНЫМ (ВНЕОЧЕРЕДНЫМ)
СЪЕЗДОМ НАРОДНЫХ ДЕПУТАТОВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
***
___________
В КОНСТИТУЦИОННОМ СУДЕ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
- Именем Российской Федерации З А К Л Ю Ч Е Н И Е КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ о соответствии Конституции Российской Федерации действий и решений Президента Российской Федерации Б. Н. Ельцина, связанных с его Указом от 21 сентября 1993 года "О поэтапной конституционной реформе в Российской Федерации" и Обращением к гражданам России 21 сентября 1993 года 21 сентября 1993 года, город Москва Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В. Д. Зорькина, заместителя Председателя Н. В. Витрука, секретаря Ю. Д. Рудкина, судей Э. М. Аметистова, Н. Т. Ведерникова, Г. А. Гаджиева, А. Л. Кононова, В. О. Лучина, В. И. Олейника, Н. В. Селезнева, О. И. Тиунова, Б. С. Эбзеева, рассмотрев в судебном заседании действия и решения Президента Российской Федерации, связанные с его Указом от 21 сентября 1993 года N 1400 "О поэтапной конституционной реформе в Российской Федерации" и Обращением к гражданам России 21 сентября 1993 года, 1) руководствуясь статьей 165 Конституции Российской Федерации, пунктом 3 части второй и частью четвертой статьи 1, статьями 74 и 77 Закона о Конституционном Суде Российской Федерации, п р и ш е л к з а к л ю ч е н и ю: Указ Президента Российской Федерации Б. Н. Ельцина от 21 сентября 1993 года N 1400 "О поэтапной конституционной реформе в Российской Федерации" и его Обращение к гражданам России 21 сентября 1993 года не соответствуют части второй статьи 1, части второй статьи 2, статье 3, части второй статьи 4, частям первой и 5) третьей статьи 104, абзацу третьему пункта 11 статьи 121 , статье 6) 8) 1) 121 , части второй статьи 121 , статьям 165 , 177 Конституции Российской Федерации и служат основанием для отрешения Президента Российской Федерации Б. Н. Ельцина от должности или приведения в действие иных специальных механизмов его ответственности в порядке 10) 6) статьи 121 или 121 Конституции Российской Федерации. Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В. Д. Зорькин Секретарь Конституционного Суда Российской Федерации Ю. Д. Рудкин _____________________ ОСОБОЕ МНЕНИЕ судьи Конституционного Суда Российской Федерации Э. М. АМЕТИСТОВА по заключению Конституционного Суда Российской Федерации от 21 сентября 1993 года о соответствии Конституции Российской Федерации действий и решений Президента Российской Федерации Б. Н. Ельцина, связанных с его Указом от 21 сентября 1993 года "О поэтапной конституционной реформе в Российской Федерации" и Обращением к гражданам России 21 сентября 1993 года 21 сентября 1993 года в 20.00 по московскому времени Президент Российской Федерации Б. Н. Ельцин выступил по телевидению с Обращением к гражданам России. Одновременно с этим вступил в силу Указ Президента Российской Федерации "О поэтапной конституционной реформе в Российской Федерации". Спустя два часа Конституционный Суд Российской Федерации по предложению судьи В. О. Лучина приступил к рассмотрению дела о соответствии Конституции Российской Федерации действий и решений Президента Российской Федерации Б. Н. Ельцина, связанных с упомянутыми Указом и Обращением. В тот же день Конституционный Суд дал заключение по рассмотренному делу, в котором признал, что данные Указ и Обращение не соответствуют ряду статей Конституции Российской Федерации и служат основанием для отрешения Президента Российской Федерации Б. Н. Ельцина от должности или приведения в действие иных специальных механизмов его ответственности. При этом в ходе рассмотрения дела и в связи с ним Конституционным Судом был допущен ряд нарушений Закона о Конституционном Суде Российской Федерации и Конституции Российской Федерации, излагаемых ниже. 1. Предметом рассмотрения Конституционного Суда кроме Указа Президента стало его Обращение к гражданам России. В нем содержится оценка сложившейся в стране политической ситуации и излагаются меры, которые предполагается принять для преодоления кризиса государственной власти в Российской Федерации, в том числе посредством издания упомянутого Указа. Таким образом, по своему содержанию Обращение является не чем иным, как политическим заявлением о намерениях. Следовательно, приняв к рассмотрению данное Обращение и дав свое заключение по нему, Конституционный Суд нарушил часть третью статьи 1 Закона о Конституционном Суде Российской Федерации, в соответствии с которой Конституционный Суд не рассматривает политические вопросы. 2. Рассмотренный Конституционным Судом Указ "О поэтапной конституционной реформе в Российской Федерации" по своему юридическому характеру относится к издаваемым Президентом Российской Федерации нормативным актам, проверка конституционности которых осуществляется в соответствии с правилами главы 2 ("Рассмотрение дел о конституционности международных договоров и нормативных актов") раздела III Закона о Конституционном Суде Российской Федерации. Однако Конституционный Суд рассматривал Указ в порядке, предусмотренном главой 4 ("Дача заключений") этого же раздела. В части третьей статьи 74 названного Закона установлено, что Конституционному Суду запрещается давать заключения по вопросам, которые могут быть предметом рассмотрения в его заседании по делу о конституционности нормативного акта. Таким образом, приняв к рассмотрению вышеупомянутый Указ в порядке, предусмотренном главой 4 раздела III Закона о Конституционном Суде Российской Федерации, и дав по нему свое заключение, Конституционный Суд нарушил часть третью статьи 74 этого же Закона. 3. Придя к заключению о неконституционности рассмотренных Указа и Обращения, Конституционный Суд сделал вывод о том, что это служит "основанием для отрешения Президента Российской Федерации Б. Н. Ельцина от должности или приведения в действие иных 10) специальных механизмов его ответственности в порядке статьи 121 6) или 121 Конституции Российской Федерации". Но, во-первых, ни та ни другая статья Конституции не предусматривает каких-либо "иных специальных механизмов ответственности" кроме прекращения полномочий и отрешения от должности, что по своей сути одно и то же. Во-вторых, порядок 6) прекращения полномочий, предусмотренный в статье 121 , никак не связан с дачей Конституционным Судом заключения и не нуждается в 10) нем. И, в-третьих, отсылка к статье 121 также некорректна. Из анализа этой статьи Конституции и сопоставления ее со статьей 74 Закона о Конституционном Суде Российской Федерации следует, что если во всех других случаях, предусмотренных статьей 74 Закона, Конституционный Суд может давать заключение по собственной инициативе, то заключение о соответствии Конституции действий и решений Президента и вице-президента Российской Федерации может даваться Судом только по инициативе Съезда народных депутатов Российской Федерации, Верховного Совета Российской Федерации или одной из его палат. Такой инициативы, однако, проявлено не было, и Конституционный Суд, как указывалось выше, дал заключение по собственной инициативе, на что в данном случае вообще не имел 10) права, и, таким образом, нарушил статью 121 Конституции Российской Федерации. 4. За два часа до начала судебного заседания Председатель Конституционного Суда участвовал в пресс-конференции в здании Верховного Совета Российской Федерации, где дал резко негативную оценку Обращению и Указу Президента. С такой же оценкой выступил и один из судей. Оба выступления были публичными и транслировались по телевидению. Тем самым была высказана заинтересованность указанных членов Конституционного Суда в определенных результатах рассмотрения дела. Согласно части третьей статьи 27 Закона о Конституционном Суде Российской Федерации судья обязан заявить самоотвод и подлежит по его просьбе освобождению от участия в рассмотрении дела в случае, если его объективность может вызвать сомнения вследствие его прямой или косвенной заинтересованности в исходе рассмотрения. Таких самоотводов, однако, заявлено не было, а значит, налицо нарушение соответствующего положения Закона. 5. В заседание Конституционного Суда не были приглашены ни должностное лицо, о конституционности действий и решений которого давалось заключение, или его представитель, ни другие возможные участники заседания. Они даже не были в установленном порядке извещены о рассмотрении дела, не говоря уже о направлении им в установленные сроки - за десять дней до заседания - необходимых документов. То же правило не было соблюдено и в отношении самих судей. Следовательно, были нарушены часть четвертая статьи 36 и часть седьмая статьи 41 Закона о Конституционном Суде Российской Федерации. 6. Все эти нарушения процедуры, установленной Законом о Конституционном Суде Российской Федерации, не позволили обеспечить полноту и всесторонность разбирательства, как того требует часть вторая статьи 35 Закона о Конституционном Суде Российской Федерации. Сложнейший вопрос государственной важности был решен в течение двух часов, при этом ни Обращение Президента, ни его Указ не анализировались детально, по частям и статьям, а оценивались в целом. Многочисленные нарушения Закона, отмеченные выше, свидетельствуют о том, что при рассмотрении данного дела Конституционным Судом была нарушена часть вторая статьи 4 Конституции Российской Федерации, согласно которой государственные организации, должностные лица обязаны соблюдать Конституцию Российской Федерации, законы Российской Федерации. Соответственно была нарушена и статья 184 Конституции Российской Федерации, согласно которой все законы и иные акты государственных органов Российской Федерации, следовательно и судебные решения, должны издаваться на основе и в соответствии с Конституцией Российской Федерации. 7. Что же касается оценки содержания Указа Президента Российской Федерации "О поэтапной конституционной реформе в Российской Федерации", то в нем имеются положения, формально выходящие за пределы полномочий Президента, установленных Конституцией Российской Федерации, например, прерывание функций Съезда народных депутатов и Верховного Совета Российской Федерации, назначение новых выборов. Однако эти положения необходимо рассматривать в неразрывной связи, во-первых, с причинами издания Указа и его целями, изложенными в преамбуле, во-вторых, с правами и обязанностями Президента, установленными Конституцией, и, в-третьих, с определенными особенностями Конституции Российской Федерации, касающимися исполнения Президентом его прав и обязанностей. Из преамбулы Указа следует, что он принят в целях исполнения воли российского народа, выраженной на референдуме 25 апреля 1993 года, которая грубо попирается Съездом народных депутатов и Верховным Советом Российской Федерации, в подтверждение чего приводятся многочисленные факты. При этом необходимо учитывать часть вторую статьи 2 Конституции Российской Федерации, согласно которой народ осуществляет государственную власть не только через Советы народных депутатов, но и непосредственно, то есть через референдум, и статью 1 Закона о референдуме Российской Федерации, где установлено, что решения, принятые российским референдумом, обладают высшей юридической силой, в каком-либо утверждении не нуждаются и обязательны для применения на всей территории Российской Федерации. Это, по нашему мнению, означает, что решение референдума по какому-либо конкретному вопросу обладает большей юридической силой, чем любые другие законы и даже Конституция Российской Федерации, ибо это решение есть прямое и высшее выражение народовластия. На апрельском референдуме 1993 года такое решение было вынесено по двум вопросам - о доверии Президенту Б. Н. Ельцину и о поддержке социально-экономической политики Правительства. Следовательно, любые попытки отрешить от должности или другим путем лишить полномочий законного Президента Российской Федерации Б. Н. Ельцина и любые попытки противодействовать проводимым Президентом и Правительством экономическим реформам противоречат высшей воле российского народа, противоправны и нелегитимны. Именно такие попытки предпринимались и предпринимаются большинством депутатов и руководства Съезда народных депутатов и Верховного Совета Российской Федерации, что также подтверждается многочисленными фактами, приводимыми в преамбуле Указа. Эта антинародная, противоправная деятельность угрожает самому будущему страны, единству и целостности Российской Федерации, ее суверенитету. Она нарушает и конкретные положения Конституции Российской Федерации, в частности часть вторую статьи 17, согласно которой государство обязано обеспечить развитие рыночного механизма. Деятельность Съезда и Верховного Совета, указывается в преамбуле, нарушает и важнейшие права граждан Российской Федерации, например голосование за отсутствующих депутатов фактически ликвидирует право на народное представительство, закрепленное в статье 47 Конституции Российской Федерации, и т. п. 4) Вместе с тем Президент, согласно статье 121 Конституции, обязан защищать суверенитет Российской Федерации, охранять права и свободы человека и гражданина, права народов Российской Федерации и добросовестно исполнять другие возложенные на него народом обязанности. Однако действующая Конституция не дает Президенту прав и полномочий, достаточных для выполнения этих его обязанностей в случаях, когда угроза суверенитету, единству и целостности государства, правам и свободам человека исходит от органов законодательной власти - Съезда народных депутатов и Верховного Совета Российской Федерации. Именно поэтому, опираясь на высшую волю народа, выраженную в решении референдума, и будучи обязанным обеспечить ее исполнение, Президент и предпринял меры, изложенные в Указе. В настоящее время сделать однозначный вывод о степени соответствия этих мер высшим целям и задачам Конституции Российской Федерации не представляется возможным. Для этого необходимо изучить практику реализации предпринятых мер и судить об их конституционности и легитимности в зависимости от того, в какой степени они обеспечат осуществление решений, принятых на референдуме 25 апреля 1993 года. ____________ ОСОБОЕ МНЕНИЕ судьи Конституционного Суда Российской Федерации Н. В. ВИТРУКА по заключению Конституционного Суда Российской Федерации от 21 сентября 1993 года о соответствии Конституции Российской Федерации действий и решений Президента Российской Федерации Б. Н. Ельцина, связанных с его Указом от 21 сентября 1993 года "О поэтапной конституционной реформе в Российской Федерации" и Обращением к гражданам России 21 сентября 1993 года Заключение Конституционного Суда Российской Федерации от 21 сентября 1993 года вынесено с нарушением большого числа материальных и процессуальных норм Закона о Конституционном Суде Российской Федерации, что ставит под сомнение его объективность и законность. На эти нарушения обращалось внимание председательствовавшего в заседании Председателя Конституционного Суда В. Д. Зорькина. В заседании прежде всего был поставлен вопрос о предмете рассмотрения дела и соответствующей процедуре, предусмотренной Законом о Конституционном Суде Российской Федерации, а именно: подлежит ли проверке на конституционность Указ Президента Российской Федерации от 21 сентября 1993 года N 1400 "О поэтапной конституционной реформе в Российской Федерации" (статья 57) или же Конституционный Суд дает заключение относительно соответствия Конституции Российской Федерации действий и решений Президента Российской Федерации, если согласно Конституции Российской Федерации неконституционность этих действий и решений служит основанием для отрешения Президента от должности или приведения в действие иного специального механизма его ответственности (статья 74)? Как показал ход заседания, оценке подвергался лишь Указ Президента Российской Федерации от 21 сентября 1993 года N 1400 "О поэтапной конституционной реформе в Российской Федерации". Обращение Президента к гражданам России 21 сентября 1993 года было лишь кратким изложением содержания данного Указа. Какими-либо дополнительными сведениями о действиях и решениях Президента Российской Федерации, связанных с его подготовкой и обнародованием, Конституционный Суд не располагал. В резолютивной части заключения Конституционного Суда Российской Федерации говорится о несоответствии Конституции Российской Федерации Указа Президента Российской Федерации от 21 сентября 1993 года N 1400 "О поэтапной конституционной реформе в Российской Федерации", а не действий и решений Президента Российской Федерации, как это определено в формуле предмета дела, требующего соответствующей процедуры его рассмотрения. Такая противоречивость заключения Конституционного Суда не случайна. Она свидетельствует о нарушении требований Закона о Конституционном Суде Российской Федерации. Согласно части третьей статьи 74 Закона Конституционному Суду Российской Федерации "запрещается давать заключения по вопросам, которые могут быть предметом рассмотрения в его заседании по делу о конституционности нормативного акта или обыкновения правоприменительной практики". Данное положение Закона было проигнорировано. Более того, Закон запрещает Конституционному Суду по собственной инициативе проверять нормативные акты на соответствие Конституции Российской Федерации. Согласно части второй статьи 74 Закона о Конституционном Суде Российской Федерации Конституционный Суд имеет право давать заключения по собственной инициативе. Однако это не исключает обязательного письменного предложения судьи Конституционного Суда в качестве повода к даче заключения. Как было объявлено Председателем Конституционного Суда В. Д. Зорькиным, такое предложение поступило от судьи В. О. Лучина. Однако самого текста с обоснованием материально-правового и процессуально-правового характера возможности принятия и рассмотрения его предложения представлено не было. Все совершилось в режиме "процедурного экспромта". Как известно (и об этом шла речь в судебном заседании), действующая Конституция Российской Федерации содержит две статьи, посвященные одному предмету - отрешению от должности Президента 6) Российской Федерации. Статья 121 говорит о немедленном прекращении полномочий Президента в случае, если полномочия Президента Российской Федерации используются для изменения национально-государственного устройства Российской Федерации, роспуска либо приостановления деятельности любых законно избранных 10) органов государственной власти. Статья 121 предусматривает обычную в мировой практике процедуру отрешения от должности (импичмент) Президента и вице-президента Российской Федерации. Согласно этой процедуре такое решение принимается Съездом народных депутатов Российской Федерации на основании заключения Конституционного Суда Российской Федерации большинством в две трети голосов от общего числа народных депутатов Российской Федерации по инициативе Съезда народных депутатов Российской Федерации, Верховного Совета Российской Федерации или одной из его палат. 6) 10) Содержание статьи 121 противоречит содержанию статьи 121 Конституции Российской Федерации. В силу этого, а также в силу 6) отсутствия какого-либо механизма реализации положений статьи 121 Конституционный Суд не вправе был обращаться к данной статье Конституции Российской Федерации. На это указало большинство судей, однако председательствовавший в заседании В. Д. Зорькин вопреки воле большинства ставил на голосование формулировки, оправдывающие 6) действие статьи 121 Конституции Российской Федерации. Конституционный Суд Российской Федерации, признав действия и решения Президента Российской Федерации Б. Н. Ельцина не соответствующими Конституции Российской Федерации, не имел права квалифицировать это несоответствие в качестве основания отрешения Президента Российской Федерации от должности или приведения в действие иных специальных механизмов его ответственности. Определение характера конституционного правонарушения, степени его общественной опасности, достаточности этого правонарушения для того или иного вида конституционной ответственности - прерогатива Съезда народных депутатов Российской Федерации, а не Конституционного Суда Российской Федерации. К такому выводу пришел Конституционный Суд Российской Федерации при вынесении заключения от 23 марта 1993 года о соответствии Конституции Российской Федерации действий и решений Президента Российской Федерации в связи с его Обращением к гражданам России 20 марта 1993 года. Председательствовавший в заседании В. Д. Зорькин нарушил элементарные требования постановки на голосование окончательной формулы заключения, состоящей из четырех вопросов (элементов): 1) соответствуют ли Конституции Российской Федерации действия и решения Президента Российской Федерации; 2) являются ли они основанием для отрешения Президента Российской Федерации от должности или приведения в действие иного механизма его ответственности; если на второй вопрос дается положительный ответ, то механизм ответственности Президента Российской Федерации 10) приводится в действие 3) в порядке статьи 121 или 4) в порядке 6) статьи 121 Конституции Российской Федерации. Голосование должно было проводиться последовательно по указанным вопросам, и по его результатам должно было быть проведено голосование окончательной формулы заключения. Председательствующий нарушил этот порядок голосования, не дал возможности текстуально (в письменном виде) изложить формулу заключения, не уточнил форму голосования (открытое, поименное и т. п.), исключил звукозапись и протоколирование заседания (велась только стенограмма). Заседание было открыто без меня (я находился за городом), мне не дали возможности даже ознакомиться с текстом Указа Президента Российской Федерации "О поэтапной конституционной реформе в Российской Федерации". Общий ход заседания (его молниеносная быстрота, постоянное нагнетание психоза со стороны председательствующего В. Д. Зорькина о полном крушении конституционного строя и т. п., прямое игнорирование норм процедуры ведения заседания, нежелание разрешать спорные вопросы права и т. д.) не давал возможности полного, всестороннего и объективного исследования всех обстоятельств дела. В силу изложенного нельзя согласиться с заключением Конституционного Суда Российской Федерации от 21 сентября 1993 года. ____________ ОСОБОЕ МНЕНИЕ судьи Конституционного Суда Российской Федерации А. Л. КОНОНОВА по заключению Конституционного Суда Российской Федерации от 21 сентября 1993 года о соответствии Конституции Российской Федерации действий и решений Президента Российской Федерации Б. Н. Ельцина, связанных с его Указом от 21 сентября 1993 года "О поэтапной конституционной реформе в Российской Федерации" и Обращением к гражданам России 21 сентября 1993 года Приступив к рассмотрению данного вопроса, Конституционный Суд нарушил целый ряд норм Закона о Конституционном Суде Российской 10) 1) Федерации и, соответственно, статьи 121 и 165 Конституции 10) Российской Федерации. Так, из части второй статьи 121 однозначно следует, что инициатива применения предусмотренного данной статьей порядка отрешения Президента от должности может быть проявлена лишь теми органами, которые перечислены в этой норме. Конституционный Суд среди них не значится. Кроме того, совершенно очевидно, что в данном конкретном случае оценка конституционности "действий и решений" Президента Российской Федерации неразрывно связана с оценкой конституционности его Указа от 21 сентября 1993 года N 1400 и без этого невозможна. Однако Закон о Конституционном Суде Российской Федерации не предусматривает дачу заключений по вопросу о проверке конституционности нормативных актов по собственной инициативе, а часть третья статьи 74 Закона прямо запрещает Суду "давать заключения по вопросам, которые могут быть предметом рассмотрения в его заседании по делу о конституционности нормативного акта". В нарушение положений статей 28, 29, 34, 36-44, 57-65 того же Закона закрытое заседание Конституционного Суда проходило в спешном порядке, без какой-либо подготовки, изучения вопроса, без извещения, вызова и заслушивания стороны, издавшей нормативный акт, без выяснения и оценки конкретных обстоятельств, мотивов и аргументов подготовки Указа и Обращения Президента Российской Федерации. Это тем более недопустимо, поскольку Конституционный Суд фактически заочно и без соблюдения процедуры, в нарушение всех принципов правосудия, по собственной инициативе вопреки требованиям 10) части второй статьи 121 предрешил вопрос об обвинении и конституционной ответственности главы исполнительной власти - высшего должностного лица государства. Уклонившись от рассмотрения правовых аргументов, изложенных в Обращении и Указе Президента Российской Федерации, и ограничившись сугубо формальными ссылками на противоречивые в ряде случаев и вызывающие сомнения в их правовом характере положения Конституции, Конституционный Суд лишился возможности разрешить настоящий вопрос не догматическим толкованием, а исходя из общих начал и смысла Конституции, из общих принципов права, что предусмотрено и Законом о Конституционном Суде Российской Федерации (например, пунктом 6 части первой статьи 62). В связи с обвинением Президента Российской Федерации в роспуске либо приостановлении деятельности Съезда народных депутатов и Верховного Совета Российской Федерации Конституционный Суд обязан был рассмотреть вопрос о легитимности этих органов, избранных в период существования тоталитарной, признанной Судом же антиконституционной государственной структуры - КПСС, в ином, не существующем ныне государственном образовании - РСФСР, и не получивших поддержки большинства голосовавших на всенародном референдуме 25 апреля 1993 года. Учитывая многочисленные обращения политических партий и движений, групп депутатов, участников Конституционного совещания, представителей общественности о незамедлительном назначении выборов в новый федеральный парламент, на которые Президент ссылается в своем Указе и которые совпадают, по сути, с народным волеизъявлением, Конституционный Суд вправе был пересмотреть свое сыгравшее деструктивную роль постановление от 21 апреля 1993 года о порядке подведения итогов референдума в части порядка подсчета голосов по вопросу о досрочных выборах народных депутатов. Последнее, по нашему мнению, противоречит мировой практике, попирает право и волю политически активных граждан непосредственно участвовать в делах общества и осуществлять государственную власть через референдум, а значит, и конституционный принцип народовластия. Конституционный Суд должен был учесть, что в действующей Конституции Российской Федерации отсутствуют нормы, обеспечивающие принятие Съездом и Верховным Советом решений, соответствующих волеизъявлению народа на референдуме, побуждающие к таким изменениям конституционного законодательства, которые способствовали бы разрешению существующих противоречий в сфере разделения полномочий исполнительной и законодательной властей, устанавливающие ответственность высших представительных органов за узурпацию власти, грубое нарушение в основных конституционных принципов, законодательный произвол и попрание правовых процедур законотворчества. В Конституции отсутствуют также нормы, предусматривающие порядок и процедуру принятия новой Конституции. Таким образом, налицо не только правовой вакуум, но и правовой тупик, выход из которого на основе лишь формального следования "писаным нормам" невозможен. Конституционный Суд проигнорировал также содержащиеся в Обращении и Указе Президента многочисленные факты нарушения Съездом и Верховным Советом Российской Федерации основополагающих принципов Конституции (что, кстати, констатировалось и во многих постановлениях Конституционного Суда), дискредитации ими идей парламентаризма, разрушения основ конституционного строя, приведшие Президента к выводу о том, что в сложившихся условиях единственным соответствующим принципу народовластия средством прекращения этого противостояния, преодоления паралича государственной власти являются выборы нового парламента Российской Федерации. Это особенно важно, поскольку, исходя из общепризнанных принципов права, любой вид юридической ответственности исключается при наличии крайней необходимости. Конституционный Суд, решая вопрос об ответственности Президента, не только не опроверг, но даже не обсуждал основной аргумент, содержащийся в его Указе,- действовал ли Президент в ситуации крайней необходимости, когда "формальное следование противоречивым нормам, созданным законодательной ветвью власти" и дальнейшее промедление в разрешении возникшего кризиса угрожало безопасности государства и народа, демократическим преобразованиям и экономическим реформам и эта угроза не могла быть устранена в сложившихся обстоятельствах другими средствами, а цена нарушения менее значима, чем предотвращенный вред. Перечень защищаемых целей и ценностей в Указе Президента достаточно очевиден. Кроме того, Президент прямо сослался на свои конституционные обязанности по обеспечению государственной и общественной безопасности в стране, охране прав и свобод человека и гражданина, а также на реализацию воли народа, выраженной на референдуме 25 апреля 1993 года, убедительно подтвердившем доверие Президенту и его политическому курсу. Поэтому сугубо оценочными, релятивными и немотивированными представляются выводы Конституционного Суда о нарушении Президентом именно тех конституционных обязанностей, которые он приводит в качестве оснований своих действий (абзац третий пункта 11 статьи 5) 121 ), или конституционных принципов, в защиту которых он как раз выступает (часть вторая статьи 1, статья 3). Напротив, Указ Президента не только не затрагивает основ конституционного строя, но и однозначно нацелен на сохранение и защиту таких конституционных принципов, как народовластие, народное представительство, разделение властей, федерализм и права субъектов федерации, парламентаризм и охрана прав и свобод человека и гражданина. За пределами исследования и оценки Конституционного Суда фактически остались и те положения Указа, из которых следует, что Указ носит вынужденный, временный характер, направлен на осуществление конституционных реформ, ставит своей основной задачей обеспечение "мирного и легитимного выхода из затянувшегося кризиса" путем обращения к волеизъявлению народа и проведения демократических выборов высшего представительного органа власти. При этом и в переходный период законодательные функции не узурпируются и не остаются в руках Президента и исполнительной власти. Более того, Указ (см. пункт 16) вносится на рассмотрение Федерального собрания (Совета Федерации), которое и должно решить его судьбу. Совершенно несостоятельной представляется ссылка 6) Конституционного Суда на статью 121 Конституции Российской Федерации как на основание прекращения полномочий Президента. По нашему мнению, данная норма вообще не может применяться ввиду как полной неопределенности процедуры, так и отсутствия даже элементарных правовых гарантий против ее произвольного толкования и применения. Она прямо противоречит порядку отрешения Президента от 10) должности, предусмотренному статьей 121 Конституции. Кроме того, в Конституционном Суде уже длительное время находится надлежащим образом оформленное ходатайство группы народных депутатов Российской Федерации о проверке конституционности именно этой нормы, что по смыслу Закона о Конституционном Суде Российской Федерации делает невозможным ссылку на нее как на правомерную и действующую до разрешения данного ходатайства по существу. Таким образом, заключение Конституционного Суда Российской Федерации было принято с грубым нарушением процессуальных норм, при полном отсутствии каких-либо попыток исследования тех обстоятельств, которые входят в исключительную компетенцию Конституционного Суда, что повлекло за собой неадекватность оценок и необоснованность его выводов. ____________ ОСОБОЕ МНЕНИЕ судьи Конституционного Суда Российской Федерации Т. Г. МОРЩАКОВОЙ по заключению Конституционного Суда Российской Федерации от 21 сентября 1993 года о соответствии Конституции Российской Федерации действий и решений Президента Российской Федерации Б. Н. Ельцина, связанных с его Указом от 21 сентября 1993 года "О поэтапной конституционной реформе в Российской Федерации" и Обращением к гражданам России 21 сентября 1993 года 1. Конституционный Суд Российской Федерации, как говорится в его заключении, дал оценку действиям и решениям Президента, выразившимся в издании Указа и в Обращении к гражданам России. Фактически признан не соответствующим Конституции Указ Президента от 21 сентября 1993 года. Обращение Президента к гражданам России не имеет собственного правового содержания, выходящего за пределы предмета Указа. Однако Конституционный Суд, в соответствии с Законом о Конституционном Суде Российской Федерации, вправе оценивать конституционность правовых актов только при наличии ходатайства об этом. Ни один из субъектов, управомоченных Законом на обращение с ходатайством, в Конституционный Суд не обращался. Поэтому Конституционный Суд Российской Федерации был не вправе проверять конституционность названного Указа Президента. Конституционный Суд в соответствии с Законом о Конституционном Суде Российской Федерации может дать заключение о конституционности действий и решений высших должностных лиц государства по собственной инициативе (часть вторая статьи 74 Закона). Но ему запрещено давать такие заключения по вопросам, которые могут быть предметом его рассмотрения по делу о конституционности нормативного акта (часть третья статьи 74 Закона). Таким образом, по собственной инициативе Конституционный Суд не мог проверять конституционность такого нормативного акта, как Указ Президента. 2. Оценивая конституционность действий Президента Российской 10) Федерации, Конституционный Суд руководствовался статьей 121 Конституции Российской Федерации, предусматривающей порядок отрешения Президента от должности, и дал по своей инициативе заключение о наличии в действиях Президента оснований для такого отрешения. Однако данная норма Конституции предусматривает, что инициатива в постановке вопроса об отрешении Президента от должности может принадлежать лишь Съезду народных депутатов Российской Федерации, Верховному Совету или одной из его палат. Инициатива Конституционного Суда при решении вопроса об импичменте Конституцией Российской Федерации не предусмотрена. Конституционный Суд как высший орган по защите Конституции не вправе применять или толковать в противоречие с Конституцией нормы закона, в том числе Закона о Конституционном Суде Российской Федерации. Утверждая, что действия Президента служат основанием для его отрешения от должности, Конституционный Суд принял решение, которое противоречит не только Конституции, но и части первой статьи 79 Закона о Конституционном Суде Российской Федерации. Она определяет значение заключения Конституционного Суда и устанавливает, что такое заключение обязывает лишь признать конституционность или неконституционность рассмотренных действий в соответствии с решением Конституционного Суда. Однако оно не должно содержать вывода о том, служит ли это основанием для отрешения от должности. Данное заключение Конституционного Суда противоречит с этой точки зрения также его заключению от 23 марта 1993 года, исходившему из того, что задачи Суда ограничиваются оценкой конституционности рассматриваемых действий. 3. Инициатива Конституционного Суда в постановке вопроса об отрешении Президента от должности выражает активную политическую позицию Суда и не соответствует требованиям части третьей статьи 1 и части четвертой статьи 6 Закона о Конституционном Суде Российской Федерации, согласно которым Конституционный Суд не рассматривает политические вопросы и должен выражать правовую позицию, свободную от практической целесообразности и политических склонностей. Выбор Конституционным Судом по собственной инициативе момента привлечения высших должностных лиц государства к конституционной ответственности является средством политического воздействия. 4. Конституционный Суд при рассмотрении вопроса о неконституционности действий Президента, которая могла бы служить основанием привлечения его к конституционной ответственности, должен был исследовать все обстоятельства, обосновывающие или исключающие такую ответственность, в частности факты, побудившие Президента, как утверждается в Обращении, принять Указ "О поэтапной конституционной реформе в Российской Федерации" и свидетельствующие о нарушениях конституционной законности, конституционных гарантий народовластия, федерализма и демократических прав и свобод. Установление таких фактов не входит в компетенцию никаких других судов или иных органов, кроме Конституционного Суда. При этом Конституционный Суд должен был провести судебное разбирательство, соблюдая все правила процедуры, предусмотренные Законом о Конституционном Суде, включая обязательность предварительного изучения и подготовки вопроса к рассмотрению (часть вторая статьи 41), обеспечение участия в судебном заседании заинтересованных сторон (статья 36), полноты и всесторонности исследования материалов (статья 35). Эти нормы Закона о Конституционном Суде соблюдены не были. Какой-либо сокращенный (упрощенный) порядок судопроизводства в Конституционном Суде Законом не предусмотрен. 5. Указ Президента направлен на организацию выборов нового парламента. Вопрос о необходимости выборов был вынесен на референдум 25 апреля 1993 года. Однако подсчет голосов при подведении итогов референдума проводился в соответствии с постановлением Съезда народных депутатов Российской Федерации, установившим, что решение считается принятым, если за него проголосовало более половины граждан, имеющих право быть включенными в списки для голосования. Это решение Съезда было подтверждено постановлением Конституционного Суда. В моем особом мнении к данному постановлению была мотивирована необоснованность этой позиции. Более половины граждан, участвовавших в голосовании, высказалось на референдуме за проведение новых выборов. В соответствии с частью третьей статьи 35 Закона РСФСР от 16 октября 1990 года "О референдуме РСФСР" это должно быть признано легитимной основой для назначения таких выборов. Полагаю, что решение Конституционного Суда, признавшего иные, необоснованно завышенные Съездом народных депутатов Российской Федерации требования к подсчету голосов в пользу проведения новых выборов, должно быть пересмотрено Конституционным Судом. Воля большинства участвующих в референдуме граждан, подтвердившего необходимость проведения выборов нового состава парламента, не может игнорироваться. Однако Конституционный Суд не рассмотрел и не учел значение данного обстоятельства при оценке конституционности Указа Президента по содержанию. Исходя из изложенного, полагаю, что Конституционный Суд Российской Федерации был не вправе дать заключение об основаниях отрешения Президента Российской Федерации от должности. ____________
- ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ П О С Т А Н О В Л Е Н И Е КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ по делу о проверке конституционности Закона Кабардино-Балкарской Республики от 18 мая 1993 года "О статусе судей в Кабардино-Балкарской Республике" и постановления Верховного Совета Кабардино-Балкарской Республики от 22 июля 1993 года "О порядке и сроках проведения выборов судей Кабардино-Балкарской республики" 30 сентября 1993 года, город Москва Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В. Д. Зорькина, секретаря Ю. Д. Рудкина, судей Н. Т. Ведерникова, Г. А. Гаджиева, В. О. Лучина, Т. Г. Морщаковой, Н. В. Селезнева, О. И. Тиунова, Б. С. Эбзеева, с участием представителя стороны, обратившейся с ходатайством в Конституционный Суд Российской Федерации, В. И. Радченко - и. о. Председателя Верховного Суда Российской Федерации; представителей Верховного Совета Кабардино-Балкарской Республики как стороны, принявшей подлежащие проверке правовые акты, Х. М. Кармокова - Председателя Верховного Совета Кабардино-Балкарской Республики, И. Б. Бечелова - председателя Комиссии Верховного Совета Кабардино-Балкарской Республики по вопросам законодательства, законности и правопорядка, обращениям граждан и гласности, А. К. Шогенова - правового советника Секретариата Верховного Совета Кабардино-Балкарской Республики, 1) руководствуясь статьей 165 Конституции Российской Федерации, пунктом 1 части второй статьи 1, пунктом 4 части первой и частью второй статьи 57 Закона о Конституционном Суде Российской Федерации, рассмотрел в открытом заседании дело о проверке конституционности Закона Кабардино-Балкарской Республики от 18 мая 1993 года N 1461-ХII-З "О статусе судей в Кабардино-Балкарской Республике" и постановления Верховного Совета Кабардино-Балкарской Республики от 22 июля 1993 года N 1545-ХII-В "О порядке и сроках проведения выборов судей Кабардино-Балкарской Республики". Поводом к рассмотрению дела, согласно части четвертой статьи 58 и части первой статьи 59 Закона о Конституционном Суде Российской Федерации, явилось ходатайство Верховного Суда Российской Федерации, в котором содержится требование признать названные правовые акты не соответствующими Конституции Российской Федерации. Основанием к рассмотрению дела, согласно части третьей статьи 58 Закона о Конституционном Суде Российской Федерации, явилась обнаружившаяся неопределенность в вопросе о том, соответствуют ли проверяемые акты Конституции Российской Федерации с точки зрения закрепленного ею разграничения предметов ведения между Российской Федерацией и республиками в составе Российской Федерации. Заслушав выступление судьи-докладчика Т. Г. Морщаковой, объяснения сторон, изучив представленные письменные заключения и другие документы, Конституционный Суд Российской Федерации, руководствуясь частью четвертой статьи 1 и статьей 32 Закона О Конституционном Суде Российской Федерации, у с т а н о в и л: 1. Закон Кабардино-Балкарской Республики от 18 мая 1993 года "О статусе судей в Кабардино-Балкарской Республике" регулирует основополагающие институты судебной власти, в том числе гарантии ее исключительности и независимости, порядок формирования судейского корпуса, сроки судейских полномочий, а также основания и порядок их приостановления и прекращения. Названные вопросы являются предметом конституционного регулирования, которое конкретизируется в соответствии с Конституцией Российской Федерации в федеральном законодательстве, в частности в Законе Российской Федерации от 26 июня 1992 года "О статусе судей в Российской Федерации". Правовой статус судей - один из важнейших вопросов отраслевого законодательства о судоустройстве. Согласно Федеративному договору (Договору о разграничении предметов ведения и полномочий между федеральными органами государственной власти Российской Федерации и органами власти суверенных республик в составе Российской Федерации) правовое регулирование судоустройства отнесено как к исключительной компетенции Российской Федерации (пункт "о" части первой статьи 1), так и к совместному ведению органов государственной власти Российской Федерации и органов государственной власти республик в составе Российской Федерации (пункт "к" части первой статьи II). На конституционном федеральном уровне провозглашен принцип разделения законодательной, исполнительной и судебной властей, определена судебная система, закреплены независимость, неприкосновенность и несменяемость судей; установлено, что регулирование гарантий независимости и неприкосновенности судей, а также определение сроков их полномочий осуществляются только федеральным законом (статьи 163, 164, 165, 167 Конституции Российской Федерации). Эти конституционные положения, устанавливая основы единого правового статуса судей в Российской Федерации, определяют ту сферу в правовом регулировании судоустройства, которая согласно Федеративному договору относится к исключительному ведению Российской Федерации. Кроме того, названные конституционные принципы обеспечивают действенную роль судебной власти как гаранта прав и свобод граждан. Регулирование же прав и свобод граждан согласно пункту "в" части первой статьи 72 Конституции Российской Федерации и пункту "в" части первой статьи 1 Федеративного договора также отнесено к ведению федеральных органов государственной власти. В области исключительной компетенции федеральных органов государственной власти принимаются только федеральные законы, которые согласно части первой статьи V и части первой статьи VI Федеративного договора подлежат исполнению органами власти республики в составе Российской Федерации в порядке, установленном законодательством Российской Федерации. Республики в составе Российской Федерации не могут принимать законодательные акты в сфере исключительных федеральных полномочий, а, регулируя в области судоустройства вопросы, отнесенные к совместному ведению федеральных органов государственной власти и органов государственной власти республик, должны обеспечивать соответствие своих нормативных актов Конституции Российской Федерации и тем федеральным законам, которые реализуют исключительную компетенцию Российской Федерации. При этом не соответствует установленному на основе Федеративного договора разграничению предметов ведения и полномочий между Российской Федерацией и республиками в ее составе положение, при котором республиканский законодатель воспроизводит в республиканских законодательных актах федеральные законы, принятые в сфере ведения Российской Федерации. Они действуют непосредственно и подлежат применению на всей территории Российской Федерации, в том числе на территории республик в ее составе, что вытекает из статьи 81 Конституции Российской Федерации, части первой статьи V и части первой статьи VI Федеративного договора. Распространение действия федеральных законов на территории республик специальными законодательными актами республик противоречит понятию исключительного федерального ведения и, кроме того, излишне с точки зрения экономии законодательных усилий и законодательной техники. 2. Закон Кабардино-Балкарской Республики "О статусе судей в Кабардино-Балкарской Республике" регулирует в основном именно вопросы, отнесенные к сфере ведения Российской Федерации. Многие его положения прямо повторяют нормы федерального законодательства. Однако при этом не обеспечено соответствие ряда содержащихся в нем решений Конституции Российской Федерации и Закону Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации". Согласно Конституции Российской Федерации (часть восьмая статьи 164 в редакции Закона Российской Федерации от 9 декабря 1992 года "Об изменениях и дополнениях Конституции (Основного Закона) Российской Федерации - России") полномочия судей в Российской Федерации не ограничены определенным сроком, если иное не установлено Конституцией и законами Российской Федерации, т. е. любое ограничение сроков полномочий судей относится к сфере исключительного ведения Российской Федерации и может быть осуществлено только федеральным законом. Конституция Российской Федерации (часть третья статьи 164) ограничила пятилетним сроком полномочия мировых судей. Закон Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации" в редакции от 14 апреля 1993 года установил такой же пятилетний срок полномочий для судей районных (городских) народных судов, впервые избираемых на судейскую должность. В противоречие с этими нормами статья 11 Закона Кабардино-Балкарской Республики "О статусе судей в Кабардино-Балкарской Республике" вводит дополнительные случаи ограничения сроков полномочий судей: установлены предельный возраст для пребывания в судейской должности (60 лет), а также пятилетний срок полномочий для судей, впервые избираемых в соответствии с данным республиканским Законом. Последнее означает, что срок полномочий всех судей, избранных на судейские должности после принятия этого Закона, будет ограничен пятью годами, что противоречит принципу несменяемости судей, закрепленному в части восьмой статьи 164 Конституции Российской Федерации и статье 12 Закона Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации". Указанные нормы Закона Кабардино-Балкарской Республики приняты в нарушение федеральных конституционных положений о том, что ограничение срока судейских полномочий является исключительной прерогативой федерального законодателя, т. е. противоречат установленному Конституцией Российской Федерации разграничению полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и республик в составе Российской Федерации. Подобные законодательные акты не имеют юридической силы, так как согласно части первой статьи VI Федеративного договора в случае издания органами власти республики в составе Российской Федерации законов по вопросам, отнесенным к исключительному ведению федеральных органов государственной власти Российской Федерации, применяются федеральные законы. 3. В части первой статьи 167 Конституции Российской Федерации провозглашено, что судьи независимы и подчиняются только закону. В части четвертой статьи 1 Закона Кабардино-Балкарской Республики "О статусе судей в Кабардино-Балкарской Республике" говорится, что "судьи в своей деятельности по осуществлению правосудия (при рассмотрении конкретных дел и материалов) независимы, подчиняются только закону и никому не подотчетны". Отступая от текста Конституции Российской Федерации, такая формулировка сужает содержание конституционного принципа независимости судей, ограничивает его действие лишь временем рассмотрения конкретных дел и материалов, не содержит запрета вмешательства в судебную деятельность за пределами судебного разбирательства и не исключает подотчетности судей вне судебного процесса. Часть третья статьи 167 Конституции Российской Федерации определяет, что гарантии независимости судей устанавливаются законодательными актами Российской Федерации. Это обязывает законодателя республики в составе Российской Федерации сохранять тот уровень гарантий, который предусмотрен федеральным законом. Специальным актом, регулирующим эти гарантии, является Закон Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации". В развитие части третьей статьи 167 Конституции в нем прямо указано, что гарантии независимости судей, установленные данным Законом, распространяются на всех судей в Российской Федерации и не могут быть отменены или снижены иными нормативными актами, принимаемыми федеральным или республиканским законодателем (часть четвертая статьи 9 Закона). Часть четвертая статьи 1 Закона Кабардино-Балкарской Республики "О статусе судей в Кабардино-Балкарской Республике", содержащая отличную от конституционной формулировку принципа независимости судей, является отступлением от указанного запрета. 4. Объем установленных Законом Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации" гарантий независимости судей ограничивается и в ряде других положений рассматриваемого Закона Кабардино-Балкарской Республики. Существенно сужены пределы судейской неприкосновенности, закрепленной в статье 16 федерального Закона. Допускается привлечение судей к административной ответственности; правом возбудить уголовное дело в отношении судьи, а также принять решение о его аресте наделен Прокурор республики, в то время как согласно федеральному Закону это - исключительная прерогатива Генерального прокурора Российской Федерации; судья лишен права требовать рассмотрения возбужденного в отношении него уголовного дела Верховным Судом Российской Федерации (части вторая, третья, четвертая, седьмая статьи 16 Закона Кабардино-Балкарской Республики "О статусе судей в Кабардино-Балкарской Республике"). 5. Не соответствуют Закону Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации" и положения статей рассматриваемого Закона Кабардино-Балкарской Республики, закрепляющих основания и порядок приостановления и прекращения судейских полномочий, а также компетенцию органов судейского сообщества - квалификационных коллегий судей. Эти институты согласно федеральному законодательству также относятся к системе правовых гарантий независимости судей, что прямо закреплено в статье 9 федерального Закона, и, следовательно, не могут быть изменены республиканским законодателем в сторону, уменьшающую объем указанных гарантий. Между тем рассматриваемый Закон Кабардино-Балкарской Республики вводит такое дополнительное основание прекращения полномочий судьи, как обнаружившаяся профессиональная непригодность (пункт 11 части первой статьи 14), и предоставляет право принимать решение о прекращении полномочий судьи не органам судейского сообщества, каковыми являются квалификационные коллегии судей, как это предусмотрено статьей 14 федерального Закона, а Верховному Совету Кабардино-Балкарской Республики (часть вторая статьи 14). Предусматривается также новое основание для приостановления полномочий судьи, а именно невозможность их выполнения по уважительным причинам (пункт 5 части первой статьи 13). Данный Закон лишает судью предоставленного федеральным Законом права обжаловать решение о приостановлении судейских полномочий в Высшую квалификационную коллегию судей, а решение о прекращении полномочий судьи и о прекращении его отставки - в Верховный Суд Российской Федерации (часть четвертая статьи 13, часть вторая статьи 14, часть седьмая статьи 15 Закона Кабардино-Балкарской Республики, соответственно - часть четвертая статьи 13, часть четвертая статьи 14 и часть седьмая статьи 15 Закона Российской Федерации). 6. Непосредственно нарушают принцип независимости судей, сужают объем ее гарантий и не соответствуют Закону Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации" также часть третья статьи 5 рассматриваемого Закона Кабардино-Балкарской Республики, согласно которой персональный состав экзаменационной комиссии для кандидатов на судейские должности утверждается не органами судейского сообщества - квалификационными коллегиями судей, а Президиумом Верховного Совета Кабардино-Балкарской Республики; часть вторая статьи 8 Закона, устанавливающая, что судьи приносят присягу Верховному Совету Кабардино-Балкарской Республики. Такое расширение полномочий органов законодательной власти по отношению к судебной власти не соответствует закрепленному Конституцией Российской Федерации независимому положению последней в системе разделения властей и не может быть предметом правового регулирования на республиканском уровне, поскольку непосредственно связано с гарантиями судейской независимости. 7. Закон Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации", обеспечивая в сфере исключительной компетенции федерации единое правовое регулирование статуса судей, выделяет также вопросы, подлежащие решению в законодательных актах республик. В частности, относительно определения статуса судей установлено, что судьи судов республик в составе Российской Федерации наделяются полномочиями в порядке, предусмотренном законодательными актами этих республик (часть шестая статьи 6 Закона). Согласно положениям статьи 6 федерального Закона порядок наделения судей полномочиями охватывает представление кандидатов и определение тех органов, которые осуществляют избрание на судейские должности. Рассматриваемый Закон Кабардино-Балкарской Республики устанавливает некоторые особые правила представления кандидатов на должность судьи. Согласно части третьей его статьи 6 право представлять кандидатов на должности народных судей предоставлено министру юстиции, а не председателю вышестоящего суда, как это предусмотрено в федеральном Законе. Регулирование данного вопроса республиканскими законодательными актами не противоречит установленному статьями 72 1) и 81 Конституции Российской Федерации и Федеративным договором разграничению компетенции федеральных органов государственной власти и органов государственной власти республик. Оценка же его по другим основаниям, предусмотренным частью первой статьи 58 Закона о Конституционном Суде Российской Федерации, не входит в компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации, поскольку согласно части третьей той же статьи конституционность нормативных актов высших государственных органов республик в составе Российской Федерации проверяется исключительно с точки зрения их соответствия закрепленному Конституцией разграничению предметов ведения между Российской Федерацией и республиками в составе Российской Федерации. Проверка по другим основаниям конституционности нормативных актов высших органов государственной власти республик в составе Российской Федерации является прерогативой органов конституционного судебного контроля республик в составе Российской Федерации. Конституционный суд Кабардино-Балкарской Республики вправе проверить конституционность и других положений Закона Кабардино-Балкарской Республики "О статусе судей в Кабардино-Балкарской Республике", содержащих иное, нежели в федеральном Законе, регулирование по вопросам, не относящимся к исключительному ведению Российской Федерации. 8. В ходатайстве Верховного Суда Российской Федерации по данному делу поставлен вопрос о признании неконституционным постановления Верховного Совета Кабардино-Балкарской Республики "О порядке и сроках проведения выборов судей Кабардино-Балкарской Республики". Согласно этому постановлению на очередной сессии Верховного Совета Кабардино-Балкарской Республики подлежат переизбранию в соответствии с Законом Кабардино-Балкарской Республики "О статусе судей в Кабардино-Балкарской Республике" все судьи республики независимо от того, истек ли установленный законом срок их полномочий. Выборы действующего судейского корпуса в Кабардино-Балкарской Республике были проведены в соответствии с Законом СССР от 4 августа 1989 года "О статусе судей в СССР", который устанавливал десятилетний срок полномочий судей. Эти выборы состоялись в 1990 году, и десятилетний срок полномочий судей Кабардино-Балкарской Республики к настоящему моменту не истек. Часть восьмая статьи 164 Конституции Российской Федерации относит определение сроков полномочий судей к сфере ведения Российской Федерации. Закон Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации" не предусматривает в исчерпывающем перечне оснований прекращения полномочий судьи такого основания, как введение законодателем нового регулирования статуса судей. В соответствии с постановлением Верховного Совета Российской Федерации о введении в действие Закона Российской Федерации "О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации" статья 11 данного Закона в ее редакции от 14 апреля 1993 года, устанавливающая сроки полномочий судей, подлежит применению к судьям, избранным после внесения в Конституцию Российской Федерации изменений от 9 декабря 1992 года. Ни в одном из этих актов не предусмотрено досрочное переизбрание судей, получивших свои полномочия в законном порядке на основе ранее действовавшего законодательства. Новые выборы судей в соответствии с Законом Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации" проводятся только на должности тех судей, срок полномочий которых, установленный законом, действовавшим на момент их избрания, истек (пункт 57 Закона Российской Федерации от 9 декабря 1992 года "Об изменениях и дополнениях Конституции (Основного Закона) Российской Федерации - России"). Регулирование сроков полномочий судей согласно Конституции Российской Федерации относится к сфере исключительного ведения Российской Федерации и не может быть изменено республиканскими законодательными актами. Досрочное назначение выборов судей существенно ограничивает гарантии независимости судей, установление которых также относится согласно части третьей статьи 167 Конституции Российской Федерации к прерогативам федерального законодателя. Постановление Верховного Совета Кабардино-Балкарской Республики от 22 июля 1993 года N 1545-ХII-В, которым в противоречие с федеральным законодательством назначены досрочные выборы судей, не соответствует Конституции Российской Федерации с точки зрения разграничения полномочий между федеральными органами государственной власти и органами государственной власти республик в составе Российской Федерации. 1) На основании изложенного и руководствуясь статьей 165 Конституции Российской Федерации, частью третьей статьи 58, пунктом 2 части первой и частью второй статьи 64 Закона о Конституционном Суде Российской Федерации, Конституционный Суд Российской Федерации п о с т а н о в и л: 1. Признать не соответствующими пунктам "г", "о" части первой 5) статьи 72, статьям 81, 81 , части восьмой статьи 164, частям первой и третьей статьи 167 Конституции Российской Федерации, пунктам "г", "о" части первой статьи 1, части первой статьи У и части первой статьи VI Федеративного договора (Договора о разграничении предметов ведения и полномочий между федеральными органами государственной власти Российской Федерации и органами власти суверенных республик в составе Российской Федерации) с точки зрения разграничения предметов ведения между Российской Федерацией и республиками в составе Российской Федерации следующие положения Закона Кабардино-Балкарской Республики от 18 мая 1993 года "О статусе судей в Кабардино-Балкарской Республике": часть четвертую статьи 1, часть третью статьи 5, часть вторую статьи 8, статью 11, пункт 5 части первой и часть четвертую статьи 13, пункты 2, 11 части первой и часть вторую статьи 14, часть седьмую статьи 15, части вторую, третью, четвертую и седьмую статьи 16 в той части, в какой названные положения противоречат Закону Российской Федерации от 26 июня 1992 года "О статусе судей в Российской Федерации" в редакции от 14 апреля 1993 года. 2. Признать постановление Верховного Совета Кабардино-Балкарской Республики от 22 июля 1993 года "О порядке и сроках проведения выборов судей Кабардино-Балкарской Республики" не соответствующим части восьмой статьи 164 Конституции Российской Федерации с точки зрения разграничения предметов ведения между Российской Федерацией и республиками в составе Российской Федерации. 3. Согласно статье 65 Закона о Конституционном Суде Российской Федерации с момента вступления в силу настоящего Постановления указанные в его пункте 1 положения Закона Кабардино-Балкарской Республики "О статусе судей в Кабардино-Балкарской Республике" и постановление Верховного Совета Кабардино-Балкарской Республики "О порядке и сроках проведения выборов судей Кабардино-Балкарской Республики" считаются недействующими, а постановление Верховного Совета Кабардино-Балкарской Республики "О порядке введения в действие Закона Кабардино-Балкарской Республики "О статусе судей в Кабардино-Балкарской Республике" в части, касающейся положений названного Закона, признанных не соответствующими Конституции Российской Федерации, утрачивает силу. 4. Признать, что положения Закона Кабардино-Балкарской Республики от 18 мая 1993 года "О статусе судей в Кабардино-Балкарской Республике", воспроизводящие те нормы Закона Российской Федерации от 26 июня 1992 года "О статусе судей в Российской Федерации" в редакции от 14 апреля 1993 года, принятие которых согласно Конституции Российской Федерации и Федеративному договору относится к исключительному ведению Российской Федерации, не имеют самостоятельного юридического значения, поскольку Закон Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации" в этой части действует непосредственно на всей территории Российской Федерации. 5. Исходя из Федеративного договора Договора о разграничении предметов ведения и полномочий между федеральными органами государственной власти Российской Федерации и органами власти суверенных республик в составе Российской Федерации) обратить внимание федеральных органов государственной власти на необходимость разработки механизма согласования правового регулирования по вопросам совместного ведения Российской Федерации и ее субъектов. 6. Согласно статьям 49 и 50 Закона о Конституционном Суде Российской Федерации настоящее Постановление вступает в силу немедленно после его провозглашения, является окончательным и обжалованию не подлежит. 7. Согласно части первой статьи 84 Закона о Конституционном Суде Российской Федерации настоящее Постановление подлежит опубликованию в "Российской газете". Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В. Д. Зорькин Секретарь Конституционного Суда Российской Федерации Ю. Д. Рудкин N 18-П
- Р Е Ш Е Н И Е КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ по индивидуальным жалобам граждан о проверке конституционности правоприменительной практики отказа в рассмотрении в судебном порядке трудовых споров об увольнении, разрешенных по действовавшему до 21 июня 1990 года законодательству о труде вышестоящими в порядке подчиненности органами 1 октября 1993 года, город Москва Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В. Д. Зорькина, секретаря Ю. Д. Рудкина, судей Н. Т. Ведерникова, Г. А. Гаджиева, Т. Г. Морщаковой, Н. В. Селезнева, О. И. Тиунова, Б. С. Эбзеева, 1) руководствуясь статьей 165 Конституции Российской Федерации, пунктом 2 части второй статьи 1, статьей 32, частью четвертой статьи 41 и статьей 66 Закона о Конституционном Суде Российской Федерации, у с т а н о в и л: В Конституционный Суд Российской Федерации обратились граждане В. С. Щенников, Б. П. Барышников, А. В. Манторов, Л. Н. Дюкин, Д. Г. Барвенко с индивидуальными жалобами, в которых содержится требование признать не соответствующим Конституции Российской Федерации обыкновение правоприменительной практики отказа в рассмотрении в судебном порядке трудовых споров об увольнении, разрешенных на основании применения действовавших до 21 июня 1990 года положений трудового законодательства, закрепленных в части первой статьи 94 Основ законодательства Союза ССР и союзных республик о труде, пункте "а" статьи 38, статьях 41, 42 и 43 Положения о порядке рассмотрения трудовых споров, перечнях N 1 и N 2 приложения N 1 к данному Положению, пунктах 1 и 2 статьи 220 Кодекса законов о труде РСФСР в редакции Указа Президиума Верховного Совета РСФСР от 23 июля 1974 года. По мнению заявителей, сложившееся обыкновение правоприменительной практики нарушает гарантированное Конституцией Российской Федерации право граждан на судебную защиту по делам об увольнении. Однако с этими утверждениями согласиться нельзя. Решения, принятые по делам заявителей, основаны на нормах трудового и гражданского процессуального законодательства. Сложившаяся правоприменительная практика отказов в рассмотрении в судебном порядке трудовых споров об увольнении, разрешенных вышестоящими в порядке подчиненности органами, не противоречит положениям части второй статьи 58 Конституции СССР в редакции от 7 октября 1977 года и части второй статьи 56 Конституции РСФСР в редакции от 12 апреля 1978 года, согласно которым действия должностных лиц, совершенные с нарушением закона, с превышением полномочий, ущемляющие права граждан, могут быть в установленном законом порядке обжалованы в суд. Из смысла конституционных норм вытекает, что право на обжалование в суд указанных действий должно быть установлено специальным законом. Такая правоприменительная практика согласуется с положениями части первой статьи 58 Конституции СССР в редакции от 7 октября 1977 года и части первой статьи 56 Конституции РСФСР в редакции от 12 апреля 1978 года, гарантирующими право на обжалование действий должностных лиц (администрации) об увольнении, поскольку названные граждане это право реализовали. Таким образом, при разрешении дел В. С. Щенникова, Б. П. Барышникова, А. В. Манторова, Л. Н. Дюкина и Д. Г. Барвенко положения Конституции СССР и Конституции Российской Федерации не подлежат непосредственному применению. Международно-правовые акты о правах человека не содержат обязательных положений об их защите исключительно в судебном порядке. Согласно пункту "b" части третьей статьи 2 Международного пакт о гражданских и политических правах, принятого Генеральной Ассамблеей ООН 19 декабря 1966 года, государство обязано обеспечить право на правовую защиту для любого лица не только судебными, но и административными властями или любым другим компетентным органом. Расширение защиты прав и свобод граждан в судебном порядке, в том числе в сфере трудовых отношений, осуществлялось поэтапно, закреплялось в отраслевом законодательстве на основе вносимых в Конституцию Российской Федерации соответствующих дополнений и изменений, а также путем принятия новых правовых актов. В настоящее время статьей 63 Конституции Российской Федерации в редакции от 21 апреля 1992 года каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод без каких-либо изъятий. Это право закреплено также в абзаце жором части второй статьи 210 Кодекса законов о труде Российской Федерации в редакции от 25 сентября 1992 года, согласно которому трудовые споры работников по вопросам увольнения независимо от оснований расторжения трудового договора рассматриваются непосредственно в районных (городских) народных судах. Следовательно, решение вопроса о конституционности правоприменительной практики по делам В. С. Щенникова, Б. П. Барышникова, А. В. Манторова, Л. Н. Дюкина и Д. Г. Барвенко связано с проблемой придания соответствующим конституционным положениям, нормам трудового законодательства и иным правовым актам обратной силы. Нормотворческая практика введения в действие закона свидетельствует о том, что основным принципом существования его во времени является немедленное действие. Придание обратной силы закону - исключительный тип его действия во времени, использование которого относится лишь к прерогативе законодателя. При этом либо в тексте закона содержится специальное указание о таком действии во времени, либо в правовом акте о порядке вступления закона в силу имеется подобная норма. Законодатель, реализуя свое исключительное право на придание закону обратной силы, учитывает специфику регулируемых правом общественных отношений. Обратная сила закона применяется преимущественно в отношениях, которые возникают между индивидом и государством в целом, и делается это в интересах индивида (уголовное законодательство, пенсионное законодательство). В отношениях, субъектами которых выступают физические и юридические лица (к таким относятся и трудовые отношения), обратная сила не применяется, ибо интересы одной стороны правоотношения не могут быть принесены в жертву интересам другой, не нарушившей закон. Так, в трудовых отношениях требование бывшего работника о восстановлении на работе косвенно направлено против интересов нового работника, занимающего спорную должность: при удовлетворении иска о восстановлении на работе вновь принятый работник подлежит увольнению. Исходя из универсального характера положения части первой статьи 63 Конституции Российской Федерации в редакции от 21 апреля 1992 года законодатель обоснованно не придал ему обратной силы. Поэтому данная норма не подлежит непосредственному применению по делам граждан, чьи трудовые споры рассмотрены в порядке, установленном законодательством о труде и не противоречащем статье 56 Конституции РСФСР в редакции, действовавшей до 21 апреля 1992 года. С учетом специфики трудовых отношений не была придана обратная сила и Законам СССР от 11 марта 1991 года "О порядке разрешения индивидуальных трудовых споров" и от 12 мая 1991 года "О внесении изменений и дополнений в законодательные акты Союза ССР о труде", Закону Российской Федерации от 25 сентября 1992 года "О внесении изменений и дополнений в Кодекс законов о труде РСФСР", расширившим возможности судебной защиты трудовых прав граждан. Поэтому и нормы перечисленных законов не могут быть применены по делам В. С. Щенникова, Б. П. Барышникова, А. В. Манторова, Л. Н. Дюкина и Д. Г. Барвенко. Положения заключения Комитета конституционного надзора СССР от 21 июня 1990 года N 2-2 "О несоответствии норм законодательства, исключающих для ряда категорий работников судебный порядок рассмотрения индивидуальных трудовых споров, положениям Конституции СССР, Законов СССР, международных актов о правах человека" согласно части седьмой статьи 125 Конституции СССР в редакции от 23 декабря 1989 года (действовавшей до 14 марта 1990 года), части седьмой статьи 124 Конституции СССР в редакции от 14 марта 1990 года и части третьей статьи 21 Закона СССР от 23 декабря 1989 года "О конституционном надзоре в СССР" не имели обратной силы и не распространялись на трудовые споры по делам об увольнении граждан, обратившихся в Конституционный Суд Российской Федерации, так как они были разрешены в установленном законодательством порядке до принятия названного документа. Необходимо также констатировать, что согласно статье 32 Закона о Конституционном Суде Российской Федерации вопрос о придании обратной силы части первой статьи 63 Конституции Российской Федерации в редакции от 21 апреля 1992 года, Законам СССР от 11 марта 1991 года "О порядке разрешения индивидуальных трудовых споров" и от 12 мая 1991 года "О внесении изменений и дополнений в законодательные акты Союза ССР о труде", а также Закону Российской Федерации от 25 сентября 1992 года "О внесении изменений и дополнений в Кодекс законов о труде РСФСР" в части расширения защиты в судебном порядке трудовых прав при увольнении выходит за пределы разрешения дела и рассмотрению не подлежит. На основании изложенного и руководствуясь пунктом 2 части второй и частью четвертой статьи 1, частью второй статьи 66, пунктом 1 части первой статьи 71 Закона о Конституционном Суде Российской Федерации, Конституционный Суд Российской Федерации р е ш и л: 1. Признать соответствующим частям первой и второй статьи 56 Конституции РСФСР в редакции от 12 апреля 1978 года обыкновение правоприменительной практики отказа в рассмотрении в судебном порядке трудовых споров об увольнении, разрешенных по действовавшему до 21 июня 1990 года законодательству о труде вышестоящими в порядке подчиненности органами. На этом основании требования, содержащиеся в индивидуальных жалобах В. С. Щенникова, Б. П. Барышникова, А. В. Манторова, Л. Н. Дюкина и Д. Г. Барвенко, согласно части третьей статьи 73 Закона о Конституционном Суде Российской Федерации не подлежат удовлетворению. 2. Согласно статьям 49 и 50 Закона о Конституционном Суде Российской Федерации настоящее решение вступает в силу немедленно, является окончательным и обжалованию не подлежит. Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В. Д. Зорькин Секретарь Конституционного Суда Российской Федерации Ю. Д. Рудкин ***
___________
УКАЗЫ И РАСПОРЯЖЕНИЯ ИСПОЛНЯЮЩЕГО ОБЯЗАННОСТИ ПРЕЗИДЕНТА РОСИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
- Указ исполняющего обязанности Президента Российской Федерации В соответствии со статьями 121.6 и 121.11 Конституции Российской Федерации и Постановлением Верховного Совета Российской Федерации приступил к исполнению обязанностей Президента Российской Федерации с 00.25 часов 22 сентября 1993 года. А. Руцкой Москва, Дом Советов 22 сентября 1993 года N 1
- Указ исполняющего обязанности Президента Российской Федерации О мерах по пресечению антиконституционных действий в Российской Федерации Действуя в интересах сохранения конституционного строя в Российской Федерации, обеспечивая гарантии прав граждан и законно избранным органов власти и управления, постановляю: 1. Объявляю недействительным Указ Б. Н. Ельцина от 21 сентября 1993 года N 1400 как противоречащий Конституции Российской Федерации. 2. Руководителям республик в составе Российской Федерации, краев, областей, автономных областей, автономных округов, городов и районов неукоснительно соблюдать конституцию и действующее законодательство. 3. Обязываю должностных лиц органов власти и управления действовать на основании законов. постановлений Съезда народных депутатов Российской Федерации, Верховного Совета Российское Федерации, других правовых актов Российской Федерации, а также моих указов и распоряжений. 4. Принимаю на себя всю полноту ответственности за безопасность государства и личную безопасность граждан, за обеспечение нормального функционирования всех органов представительной, исполнительной и судебной власти. 5. Министру внутренних дел Российской Федерации, Министру безопасности Российской Федерации, Министру обороны Российской Федерации обеспечить строгое соблюдение личным составом конституционного долга и верности присяге. 6. Прошу Верховный Совет Российской Федерации решить вопрос о назначении выборов Президента Российской Федерации в соответствии с Законом Российской Федерации о выборах Президента Российской Федерации 7. Настоящий Указ вступает в силу с момента подписания. Исполняющий обязанности Президента Российской Федерации А. Руцкой Москва, Дом Советов 22 сентября 1993 года 00.25 часов N 2
- Указ исполняющего обязанности Президента Российской Федерации В связи с поддержкой антиконституционных действий Б. Н Ельцина и на основании Постановления Верховного Совета Российской Федерации N 5780-I от 22 сентября 1993 года п о с т а н о в л я ю: 1. Освободить от должности министра обороны Российской Федерации генерала армии Грачева Павла Сергеевича. 2. Назначить министром обороны: Российской Федерации генерал-полковника Ачалова Владислава Алексеевича. Настоящий Указ вступает в силу с момента подписания. А. Руцкой Москва, Дом Советов 22 сентября 1993 года N 3
- Указ исполняющего обязанности Президента Российской Федерации В связи с поддержкой антиконституционных действий Б. Н. Ельцина и на основании Постановления Верховного Совета Российской Федерации N 5780-I от 22 сентября 1993 года п о с т а н о в л я ю: 1. Освободить от должности исполняющего обязанности министра безопасности Российской Федерации генерал-полковника Голушко Николая Михайловича. 2. Назначить министром безопасности Российской Федерации генерала армии Баранникова Виктора Павловича. Настоящий Указ вступает в силу с момента подписания. А. Руцкой Москва, Дом Советов 22 сентября 1993 года N 4
- Указ исполняющего обязанности Президента Российской Федерации В связи с поддержкой антиконституционных действий Б. Н. Ельцина и на основании Постановления Верховного Совета Российской Федерации "Об Указе Президента Российской Федерации N 1400 от 21 сентября 1993 года "О поэтапной конституционной реформе Российской Федерации" N 5783-I от 22 сентября 1993 года п о с т а н о в л я ю: 1. Освободить от должности министра внутренних дел Российской Федерации генерал-полковника Ерина Виктора Федоровича. 2. Назначить исполняющим обязанности министра внутренних дел Российской Федерации генерал-лейтенанта Дунаева Андрея Федоровича. Настоящий Указ вступает в силу с момента подписания. А. РУЦКОЙ Москва, Дом Советов 22 сентября 1993 N 5 ***
___________
РАЗДЕЛ ВТОРОЙ
Председатель Верховного Совета Российской Федерации Р. И. ХАСБУЛАТОВ
Президиум Верховного Совета Российской Федерации
***
___________
РАЗДЕЛ ТРЕТИЙ
В Президиуме Верховного Совета Российской Федерации
***
|